Shtikom.com продолжает «сбрасывать маски» и публиковать конфиденциальные разговоры чиновников и олигархов, которые долги годы фиксировал Борис Березовский. Из этих беседы читатели могут узнать многие тайны представителей российской властной и бизнес элит, то, о чем они говорят и думают на самом деле, а не «напевают» в уши с экранов ТВ населению. В этой порции «прослушек» мы приведем беседу Березовского и дочкой первого президента России Бориса Ельцина Татьяной Дьяченко. Разговор происходит в переломный для страны момент: Ельцину была сделана операция на сердце, и он пошел на поправку. Было абсолютно ясно, что он возвращается в президентское кресло. Еще недавно Березовский «похоронил» Бориса Николаевича и уже активно двигал генерала Александра Лебедя на должность главы государства. Но все круто поменялось. Еще недавно вовсе не интересовавшийся здоровьем Ельцина БАБ, начал активно оказывать знаки внимания «семье» и спрашивать о состоянии здоровья президента. Тон разговора Березовского радостно-елейно-услужливый.

Дьяченко благодарит Березовского за поддержку. Березовский скромно отвечает, что не понимает, о чем она говорит… все, в общем-то, очень переживали и это нормально среди близких людей. И что он, Березовский, очень надеется, что все дальше будет проходить нормально. Березовский «гыгыкает» и с радостью сообщает Дьяченко, что все происходит нормально. (что Ельцин идет на поправку) и что все испугались и «… все встали в такую стойку, ожидая, когда же спустится дубина на голову». Татьяна смеется: «Классно». (хохочут над шуткой Березовского). Березовский интересуется: «Танюш, ну как у тебя настроение, так я понимаю, теперь получше немножко?» Она отвечает: «Да, ну естественно» (Очень интересно послушать этот разговор после разговора Березовского с Абрамовичем о Лебеде и тогда только начинаешь понимать, насколько циничен и подл Березовский. Все люди для него – лишь марионетки, которыми он, как ему казалось, мастерски управляет.)

В волнительной форме Березовский советует, что нельзя торопиться с выходом на работу и нужно поберечь себя. Татьяна сетует, что Юмашев хочет скорее пустить в эфир информацию о выздоровлении Ельцина. Березовский соглашается и говорит, что сейчас нужно приложить максимум усилий, чтобы все сделать правильно. Далее Дьяченко просит Березовского встретиться с неким Амирхановым, который был доверенным человеком на выборах в Чечне. Сообщает, что он встретился с Чубайсом, был в правительстве Завгаева и вообще, он там – не последний человек. Березовский просит Дьяченко дать ему телефон Амирханова, и он тут же отзвонит ему и, конечно же, встретится. Потом интересуется «Как там Наина Иосифовна, Тань?» Дьяченко сообщает, что ничего, улыбается. Березовский счастлив. Атмосфера семейной идиллии. Дьяченко осторожно, в извиняющейся форме, говорит, что есть масса информации и надо что-то делать. Они обсуждают Доренко. Дьяченко осторожно указывает на недостатки – Березовский защищает, но соглашается с некоторыми недостатками и они дружески журят Доренко. Березовский переводит «стрелки» на Ксению Пономареву. Наконец, Дьяченко решается сказать Березовскому о том, что пора закрывать тему с двойным гражданством. Просит посоветоваться об этом с Юмашевым. Березовский говорит, путаясь в словах и буквах, что у него есть официальные бумаги, что этого нет. Дьяченко снисходительно-дружелюбно советует ему дать интервью в «Известиях». Березовский говорит, что они как раз обсуждают это с Юмашевым, что они найдут выход и за два дня снимут этот вопрос. Он говорит, что может быть это будет в «Итогах» и «Известиях». Дьяченко просит, чтобы этого не было много, а то его (Березовского) появление, честно говоря, вызывает раздражение у людей. Березовский отвечает, что «отъедет» от этого вообще. Березовский чувствует, что наступил момент «продвинуть» свою тему и говорит, что у него есть абсолютно новый суперглобальный и очень интересный план по Чечне, и вообще по Кавказу в целом. (План, который он уже начал реализовывать через Удугова) И он ни с кем, кроме Дьяченко и Юмашева, не хочет им делиться. Также говорит, что они уже приступили к обсуждению этого канала с Юмашевым, и он потом расскажет о нем.

 

Б: Але, Танюша?

Т: Борис Абрамович, здравствуйте.

Б: Привет, Танечка.

Т: Во-первых, спасибо большое за поддержку, я это сообщение на пейджер получила, только такая была суета, что я...

Б: (смеется) Да не, ну Тань, ну о чем ты говоришь, Тань, ну что значит за поддержку, я действительно как бы... все в общем-то переживали. И я действительно как-бы надеюсь, что все дальше будет нормально проходить.

Т: Ну я тоже...

Б: Нормально. Тем более, что как бы, по-моему, уже практически все ощутили, что нормально происходит, все остальные (неразборчиво, говорит сквозь смех).

Т: Что-что-что?

Б: Я думаю, что все уже поняли, что происходит все нормально...Але!

Т: Да-да-да...

Б: И все встали в такую стойку, ожидая, когда же опустится дубина на голову.

Т: Классно! (смеются вместе)

Б: Точно. Танюш, ну как у тебя настроение-то, я так понимаю, получше немножко?

Т: Да, ну естественно.

Б: Ну дай Бог, дай Бог. Сейчас там, я вообще, как бы единственное, что я не знаю конечно, там врачебное заведение, считаю, что торопиться ни в коем случае нельзя в этой ситуации.

Т: Да не конечно. Тут правда Валя говорит, что скорей по телевизору показывать.

Б: Ну это уже как бы другой вопрос. Я считаю, что сейчас, теперь как раз торопиться не нужно, делать максимум того, что можно сделать для того, чтобы все шло правильно.

Т: Угу. Ну сейчас просто (неразборчиво)

Б: Конечно, конечно, да.

Т: Вот это опасно.

Б: Да.

Т: Борис Абрамович.

Б: Да.

Т: У меня еще одно к вам дело...

Б: Я слушаю.

Т: Значит... Тут, ну просто у нас было доверенное лицо на выборах, в Чечне?

Б: Да.

Т: Амирханов.

Б: Так.

Т: Вот. И он в принципе потом как встречался с Анатолием Борисовичем, он был там в правительстве...в этом...Завгаева.

Б: Так.

Т: Ну как я поняла, в принципе, он там не последний человек. В общем, он хотел очень с вами встретиться.

Б: Тань, ну вообще никаких вопросов.

Т: Да, я вот не знаю, как...

Б: А как, ну дай мне его телефон, я ему позвоню.

Т: Да, позвоните пожалуйста. Амерханов Харон Адиевич.

Б: Харон Адиевич.

Т: Х- первая.

Б: Я, я все записал, да.

Т: Харон Адиевич. Телефон – 976…

Б: Так. Это мобильный?

Т: Вот это не знаю.

Б: Хорошо, 976-79-44, я понял все.

Т: Да. Просто может быть у него...и, по-моему, он был очень доволен, когда встретился с Анатолием Борисовичем, я правда не знаю, на сколько полезно там…

Б: (перебивает) Хорошо, хорошо, я с ним встречусь тогда и поговорю обязательно.

Т: Да ладно...

Б: Тань, обязательно, не беспокойся.

Т: Ага, 976-….

Б: Да, обязательно.

Т: Угу.

Б: Как Наина Иосифовна, Тань?

Т: Ну ничего, конечно сейчас все так...

Б: Полегче немножко, да?

Т: Улыбается (смеются) Вот, конечно так...Вот то, что есть в средствах массовой информации, чего-то надо делать, Борис Абрамович.

Б: А что, расскажи, что сейчас там?

Т: Ну не знаю... Во-первых, Доренко, конечно...

Б: Ну а что, ты видела Доренко?

Т: Сегодня?

Б: Да.

Т: Ну сегодня да.

Б: Ну и что, плохо?

Т: Нет, сегодня ...

Б: (перебивает), во-первых, уже не щурится.

Т: Ну кот(?) улыбается по-прежнему.

Б: Ну подожди, подожди, ты что хочешь. Понимаешь, в чем дело, я все выяснил. Он 4 года, 4 года, не был в прямом эфире.

Т: Да?

Б: 4 года выходил только в записи, он …вот это сейчас, вторая передача, когда он в прямом эфире.

Т: Ну у него крыша значит поехала. Нет, Борис Абрамович, то, что он про ван делал, это был кошмар.

Б: Да ну что, что ты мне говоришь, это не то слово.

Т: Это просто, я отыскиваю - "Боже мой", мне просто как бы...

Б: Да о чем ты говоришь, Тань, на меня, понимаешь, действительно, меня не было, не он только виноват на самом деле, виновата Ксения еще.

Т: Конечно.

Б: Потому что она же контролировала это.

Т: Конечно. Т.е. если он как бы хотел бы сделать что-то приятное...

Б: Да нет, Тань, на самом деле он конечно рассуждал не так. Он мне все уже объяснил, я потом с ним вел телефонный разговор, я просто тебе объясню, как бы, что он говорил. Но, в любом случае, он виноват, конечно, но и виновата Ксения, нужно тоже не забывать. Потому что она же редактирует в конечном счете программу-то.

Т: Да.

Б: Это было очень плохо...

Т: (перебивает) Борис Абрамович, ну надо чего-то делать там, вы с Валей конечно посоветуйтесь, потому что в общем, тоже такая тема...так скажем, открытая и закрытая.

Б: Да...нет, это я понимаю, но вообще на самом деле...

Т: (перебивает) говорили, что вот тоже я с (неразборчиво), тоже говорит общее беспокойство такое, т.е. надо как-то выступать, что-то сказать там, про гражданство там...

Б: А, нет. Это, Тань, это просто завтра я буду... вот я сейчас с Валей как раз это обсуждаю, потому что, как бы я имею документы по этому поводу.

Т: Ага.

Б: Которые говорят о том, что этого нет.

Т: Ага.

Б: Официальных бумагах.

Т: Да, нет, ну не знаю, может интервью "Известиям" там, чтобы...

Б: (перебивает) Ну вот сейчас с Валей...мы с Валей как раз обсуждаем это, он говорит тоже про "Известия". Ну Тань, в общем найдем решение, и это решение мы найдем за завтрашний и послезавтрашний день, т.е. за два дня мы этот вопрос снимем.

Т: Да, чтобы как-то так, а то конечно там, еще в вину ставят почему-то Чубайса, (неразборчиво, смеется). Ну ничего, это уже так, знаете, такие...

Б: Нет, это серьезный вопрос, но мы завтра мы как бы его, в общем завтра, сейчас думаем, может в "Итогах" что-то сказать, в "Известиях", это вот сейчас мы с Валей обсуждаем.

Т: Угу. Ну чтобы тоже может быть было не так много, Борис Абрамович...

Б: (перебивает) Не, не, вот понимаешь, на самом деле...

Т: (перебивает) Фигура, ваше появление честно говоря, только из-за людей, вот прям такое вот раздражение жуткое.

Б: Да...нет, сейчас нужно просто от этой темы отъехать и все.

Т: Угу. Ну ладно, хорошо, Борис Абрамович.

Б: Да, и еще, я вот сейчас с вами еще не начинал обсуждать один вопрос, очень серьезный, потому что вот после этих поездок, после этих поездок у меня есть некоторое совершенно новое, идея, я сейчас с вами буду её обсуждать. Она совсем глобального характера, просто суперглобального. И я бы не хотел её ни с кем вообще обсуждать, до обсуждения вот с тобой, ну там с Валей.

Т: Угу.

Б: Ну вот сейчас с Валей начну на эту тему проговаривать. Она действительно совсем, то есть ... у меня есть совершенно новое ощущение по Чечне, по Кавказу, вообще в целом. Ну вот. Хорошо?

Т: Хорошо, Борис Абрамович.

Б: Танечка, ну еще раз всего наилучшего, привет большой.

Т: Все, хорошо, спасибо большое. Лиле привет передавай.

Б: Спасибо Тань, спасибо.

Т: Ага, ну всего доброго.

Б: Счастливо Танечка, пока.